Ловец реактивных жуков.

Даты проведения: 
с 6 мая 2012 по 1 июня 2012
Адрес: 
наб. Мойки д. 93
Санкт-Петербург
Россия

Картины ВАНа содержат большое количество повторяющихся предметов, с течением лет преобразившихся до состояния символа, почти знака.
И ещё больше вариантов для интерпретации смысла и содержания самих произведений. Зрители трактуют их каждый на свой лад, находя что-то близкое и знакомое для себя, а кто не находит – крутит пальцем у виска. Правду может сказать только сам автор, но никогда этого не сделает по одной причине: он уверен, что искусство обязано быть таинственным.
И потому – ВАН очень удобный художник для людей, пишущих о нем.
Вопреки многим суждениям, я не нахожу в этих картинах безмятежного спокойствия или детской наивности. Почти в каждой мне рисуется трагедия человека, наложившего печать на свои уста, закрывшего глаза и устремившего взор вглубь себя. Быть может, я сгущаю краски, но не умею понимать его творчество иначе. Тайна захватывает, туманит рассудок, не позволяя коротко и ясно выражать свои мысли.
Представьте себе некое пространство, разделенное незримой границей. С одной стороны живем все мы, люди. Спим, едим, на работу ходим. А с другой стороны живет ВАН. Тоже человек. Тоже ест, спит и работает. С виду такой же, как все. В чём отличие? В том, что он может перейти границу и жить среди нас, а нам в его пространство, называемое «творчеством ВАНа», хода нет. И, вроде, не запрещает никто. И граница не видна, даже толком не понимаешь, где она, а войти нельзя. Мы посещаем выставки и заглядываем в этот полный загадок и вопросов мир через окошечки-холсты, открытые для нас художником. Холсты с годами увеличиваются в размерах – это радует нас, но и озадачивает: чем больше видишь, тем больше вопросов возникает.
Автора эта ситуация не смущает. Он не замечает ни её, ни появившейся границы. И, кажется, думает, что всё, понятное ему, понятно и очевидно всем вокруг. В меру сил он отвечает на многочисленные вопросы, но природа не создала его слишком разговорчивым.
Робкий, тихий, чуть-чуть виноватый и всегда босой – вот ВАН, которого мы видели десятки лет на картинах и в жизни, и привыкли к этому образу, и полюбили его…
Но молчание его никогда не означало покорность.
Прогуливающийся верхом на лошади, ныряющий в прохладу лесных озёр, дремлющий на камушке, убаюканный шумом прибрежных волн, погрузившийся в раздумья, забывший обо всём…
Но забывчивость эта никогда не означала беззаботность.
Не смея подойти близко, мы лишь подглядываем, боясь потревожить, разрушить хрупкий мир. Мы так привыкли к сжатым губам и опущенным векам, что не представляем ВАНа другим. А в тихом омуте – сами знаете… Что, если он копит силы? Если его безмолвие – это затишье перед боем? Он сорвёт с губ печать, и, как искры из жерла вулкана, посыплются сперва неясные бормотания, а потом потоками раскалённой лавы прольются слова и рыдания, годами таившиеся внутри.
Не боясь юродствовать, даже в ущерб прежнему образу, он будет плевать огнём, расплёскивая его как воду, рискуя спалить всё вокруг. Не со зла, а от отчаянья и одиночества. Привычка быть одиноким движет им. И, видя, что он, ВАН – один в поле воин – он не попросит о помощи. Он создаст её сам, клонируя себя. Орошённая огнём земля выпустит из недр своих огненные всходы. И встанет армия у ВАНа за спиной. И будет битва. И ВАН победит.
И, победив самого себя, начнёт с нуля.
Избавившись от бесполезных планов и надежд, уничтожив тревоги в бою, выдернув с корнем ожидание чуда, испепелив опоздавшие на много лет письма, как аллегорию прошедшего времени, утопив в огне бесполезную, наивную сказку – последний островок детства, ВАН, как очищенный от ракушек и бородавок корабль, уйдёт в новое плаванье.
И будут рождаться картины, освобождая ВАНа, художника и человека, от бремени новых идей, переживаний, не позволяя взорваться и сгореть ему изнутри. И победа не даст абсолютного счастья, лишь временное утешение и ощущение кажущейся свободы. Каждый новый холст и шаг оставят след. Пройдёт немного времени, и следы обрастут сорняками, которые снова начнут колоть босые ноги.
Светлана Норкина, Пенза, март 2012г.

ВИКТОР НОРКИН (творческий псевдоним - ВАН). 1964 - родился в Пензе. Окончил Детскую художественную школу № 1. 1984 - окончил театральное отделение Пензенского худ. училища. Около года проработал художником в Областном драмтеатре. Живописец, преподаватель Детской художественной школы. 2001 - член Творческого Союза Художников России и Международной Федерации Художников.

Мои картины - это какие-то случаи, которые со мной происходили, или впечатления. Вот, например, выпал снег - он хрустит под ногами, и мне интересно, как его нарисовать таким - хрустящим. Пишу, в общем, о себе. Поскольку себя я лучше всех знаю. Редко, но бывает, что вещи, которые пишу, сбываются.
Виктор Норкин.

Подобные материалы